ДЕМОКРАТИЯ: ПОНЯТИЕ И ВОЗНИКНОВЕНИЕ

 

§ 1. Понятие и измерение демократии

В XX в. слово «демократия» стало, пожалуй, самым популяр­ным у народов и политиков всего мира. Сегодня нет ни одного влиятельного политического движения, которое не претендовало бы на осуществление демократии, не использовало этот термин в своих, часто далеких от подлинной демократии целей. Что же пред­ставляет собой демократия и в чем причины ее популярности?

Этимологические определения демократии

В современном языке слово «демократия» имеет несколько значений. Его первое, основополагающее значение свя­зано с этимологией, происхождением этого термина. «Демократия» переводится с древнегреческого как «народовластие» или, используя расшифровку этого определения американским президентом Лин­кольном, «правление народа, избранное народом и для народа».

Производным от этимологического понимания демократии яв­ляется ее более широкая вторая трактовка как формы устройства любой организации, основанной на равноправном участии ее чле­нов в управлении и принятии в ней решений по большинству. В этом смысле говорится о партийной, профсоюзной, производст­венной и даже семейной демократии. Понимаемая в широком значении, демократия может существовать всюду, где есть орга­низация, власть и управление.

С этимологическим пониманием демократии связаны также и другие — третье и четвертое — значения этого термина. В тре­тьем значении демократия рассматривается как основанный на определенной системе ценностей идеал общественного устройст­ва и соответствующее ему мировоззрение. К числу составляющих этот идеал ценностей относятся свобода, равенство, права чело­века, народный суверенитет и некоторые другие.

В четвертом значении демократия рассматривается как соци­альное и политическое движение за народовластие, осуществление демократических целей и идеалов. Это движение возникло в Европе под флагом борьбы с абсолютизмом за освобождение и равноправие третьего сословия и в ходе истории постепенно расширяет диапа­зон своих целей и участников. Современные демократические дви­жения чрезвычайно разнообразны. Это социал-демократы, хрис­тианские демократы, либералы, новые социальные и другие движения.

 

Нормативный подход к демократии

Понятие демократии как народовлас­тия (и другие производные от него трактовки демократии) является нор­мативным, поскольку базируется на нормативном подходе к это­му феномену, предполагающем построение категории исходя из человеческих идеалов, ценностей и пожеланий. Демократия ха­рактеризуется в этом случае как идеал, основанный на таких ос­новополагающих ценностях, как свобода, равенство, уважение че­ловеческого достоинства, солидарность. В первую очередь имен­но своему ценностному содержанию демократия обязана такой популярностью в современном мире.

Нормативное понятие демократии имеет как сильную, так и слабую стороны. Его сила состоит в привлекательности содержа­щихся в нем ценностей, способности увлечь многих людей на практические действия по осуществлению демократического идеа­ла. Слабость же такого определения демократии — в отрыве от действительности, ее идеализации. Реальная демократия нигде и никогда не была властью народа, что означало бы негосударст­венное, общественное самоуправление. С момента возникнове­ния этого понятия демократия связана с государством, а значит и с принуждением, и в лучшем случае является властью большин­ства над меньшинством, а чаще всего формой правления хорошо организованного привилегированного меньшинства, в большей или меньшей степени подконтрольного народу. Реальная демократия, как это еще будет более подробно рассмотрено, во многом далека и от демократических ценностей: свободы, равенства и т.д.

 

Эмпирический подход к демократии. «Полиархия»

Выявление элемента утопизма, несо­ответствия между нормативным по­нятием демократии и реальностью, между идеалом и жизнью является следствием эмпирического подхода к анализу демократии. Такой подход абстрагируется от идеалов и априорных оценочных суждений и требует исследовать демократию такой, какова она есть на деле. В соответствии с выявленными в эмпирических исследованиях свойствами уточ­няется и даже пересматривается понятие демократии и ее теория. Категория демократии в этом случае строится исходя из реаль­ности, безотносительно к провозглашаемым государством цен­ностям. Демократия трактуется, например, как форма правления, основанная на конкуренции потенциальных руководителей за доверие избирателей, выражаемое на выборах (И. Шумпетер).

Учитывая большое расхождение нормативного и эмпиричес­кого понятий демократии и вытекающие отсюда неудобства при использовании этой категории в науке и повседневном языке, Роберт Даль и некоторые другие политологи предлагают ввести для обозначения реально существующих государств, называемых демократиями, специальный термин «полиархия».

Полиархия, по Далю, это правление меньшинства, избирае­мого народом на конкурентных выборах. Она распространяется и на античные полисы (города-государства), и на средневековые рес­публики, и на современные конституционные государства с всеоб­щим избирательным правом и соперничеством за власть полити­ческих партий. Демократия же в отличие от полиархии — это иде­ал, предполагающий равное участие всех граждан в управлении.

 

Связь нормативных и эмпирических дефиниций демократии

Несмотря на свою достаточную обо­снованность, предложение о четком терминологическом разграничении демократии как идеала народовластия, который, возможно, так никогда и не будет реализован, и поли­архии как реально существующих государств, называемых демо­кратиями, не получило преобладающего признания среди ученых и политиков. В значительной мере это объясняется наличием у нормативного и эмпирического понятий демократии как различ­ных, так и общих свойств. Демократия как народовластие не только является результатом абстрактных философских рассуждений и благих пожеланий для человечества, но и отражает, хотя и в идеа­лизированном виде, реальные политические процессы. Не слу­чайно само это понятие зародилось как осознание формы прав­ления, возникшей в Древней Греции.

Не только нормативное понятие демократии отражает эмпи­рию — действительность, но и ее эмпирическое определение учи­тывает демократические ценностные ориентации и цели людей, приводящие в движение весь реальный механизм реальной демо­кратии. Поэтому при эмпирическом подходе к демократии, хотя и опосредованно, но все же отражается ее нормативный, цен­ностной аспект.

 

Конституирующие признаки демократии

Учитывая взаимосвязь нормативных и эмпирических определений демо­кратии как формы государственного правления, можно выделить ее следующие характерные черты:

1. Юридическое признание и институциональное выражение суверенитета, верховной власти народа. Именно народ, а не мо­нарх, аристократия, бюрократия или духовенство выступают офи­циальным источником власти. Суверенитет народа выражается в том, что именно ему принадлежит учредительная, конституцион­ная власть в государстве, что он выбирает своих представителей и может периодически сменять их, а во многих странах имеет также право непосредственно участвовать в разработке и приня­тии законов с помощью народных инициатив и референдумов.

2. Периодическая выборность основных органов государства. Демократией может считаться лишь то государство, в котором лица, осуществляющие верховную власть, избираются, причем избираются на определенный, ограниченный срок. В древнос­ти многие народы нередко выбирали себе царей, которые за­тем имели право на пожизненное правление и даже передачу этого права по наследству. (У древних греков выборная мо­нархия называлась «эсимнетия».) Однако в этом случае демо­кратии еще не было.

3. Равенство прав граждан на участие в управлении государст­вом. Этот принцип требует как минимум равенства избирательных прав. А в современной, сложно организованной политической сис­теме он предполагает также свободу создавать политические пар­тии и другие объединения для выражения воли граждан, свободу мнений, право на информацию и на участие в конкурентной борьбе за занятие руководящих должностей в государстве.

4. Принятие решений по большинству и подчинение мень­шинства большинству при их осуществлении.

Эти требования являются минимальными условиями, позво­ляющими говорить о наличии демократической формы правле­ния в той или иной стране. Однако реальные политические сис­темы, основанные на общих принципах демократии, весьма су­щественно отличаются друг от друг, например античная и совре­менная демократии, американская и швейцарская политические системы и т.д.

Названные общие принципы демократии дают возможность выделить основные критерии, позволяющие различать и класси­фицировать многочисленные теории и практические демократи­ческие модели и как бы измерять их.

 

Всеобщая и социально ограниченная демократия. Охлократия

При оценке в соответствии с ее пер­вым, важнейшим принципом — су­веренитетом народа — демократия классифицируется в зависимости от того, как понимается народ и как осуществляется им суверенитет. Такое, казалось бы, очевидное и простое понятие, как «народ», трактовалось в истории политической мысли далеко не одина­ково. В отличие от современного понимания как всего (применительно к демократии — взрослого) населения страны, пример­но до середины XIX в. демос, народ отождествлялся либо со свободными взрослыми мужчинами (как это было в античной демократии), либо с собственниками, обладающими недвижи­мостью или другими немалыми ценностями, либо лишь с муж­чинами.

Ограничение народа определенными классовыми или демо­графическими рамками дает основание характеризовать государ­ства, подвергающие политической дискриминации определенные группы населения и, в частности, не предоставляющие им изби­рательных прав, как социально ограниченные демократии и отли­чать их от всеобщих демократий — государств с равными полити­ческими правами для всего взрослого населения.

Вплоть до начала XX в. ни одна из ранее существовавших демократий не предоставляла всему взрослому населению стра­ны равных политических прав. Это были преимущественно классовые и патриархальные (только для мужчин) демокра­тии. В истории политической мысли преобладала трактовка народа как простого люда, неимущих нижних слоев, черни, со­ставляющих большинство населения. Такое понимание демо­са встречается еще у Аристотеля, который считал демократию неправильной формой государства, трактовал ее как власть демоса, черни, не способной к управлению, взвешенным, ра­циональным решениям, учитывающим общее благо. В совре­менной политической теории такой тип правления отражает понятие «охлократия», что в переводе с греческого означает «власть черни, толпы».

Итак, в зависимости от понимания состава народа его власть может выступать всеобщей или же социально (классово, этни­чески, демографически и т.п.) ограниченной демократией, а так­же охлократией.

 

Индивидуалистическая, плюралистическая и коллективистская  демократии

Народ, будучи сложной общностью людей, имеет определенную структу­ру, состоит из конкретных личностей. В зависимости от того, рассматрива­ется ли он как совокупность самостоятельных, свободных инди­видов, как взаимодействие различных групп, преследующих в по­литике свои собственные, специфические интересы, или же как единое, гомогенное целое, субъект, у которого доминируют об­щие интересы и воля, концепции и реальные модели демократии делятся соответственно на индивидуалистические, плюралистичес­кие (групповые) и коллективистские.

В первом случае непосредственным источником власти счи­тается личность, во втором — группа, в третьем — весь народ (нация, класс). Расхождения в понимании народовластия имеют фундаментальное значение при построении реальных политичес­ких систем. Они определяют, например, глубокие, принципиаль­ные различия между классической либеральной, современной за­падной и социалистической демократиями.

 

Прямая, плебисцитарная и представительная демократии

Суверенитет народа — важнейший конституирующий признак демократии, служащий основанием ее оцен­ки не только с точки зрения понимания самого этого субъек­та, но также по форме осуществления им власти. В зависимос­ти от того, как народ участвует в управлении, кто и как непо­средственно выполняет властные функции, демократия делится на прямую, плебисцитарную и представительную (репрезента­тивную).

В прямых формах народовластия граждане сами непосредст­венно участвуют в подготовке, обсуждении и принятии решений. Такая форма участия доминировала в античных демократиях. Практически она возможна в сравнительно небольших коллекти­вах (на производственных предприятиях, в общинах, городах и т.п.), причем в тех случаях, когда принимаемые решения доста­точно просты и участие в их подготовке и обсуждении не требует специальной квалификации. В современном мире прямая демо­кратия встречается главным образом на уровне местного самоуп­равления, например в американских и швейцарских общинах, в израильских кибуцах (поселениях коммунистического типа) и т.п. Распространенность прямых форм демократии прямо зависит от того, насколько удается децентрализовать процесс вынесения решений и передать право их принятия сравнительно неболь­шим, локальным коллективам.

К прямой демократии обычно относят так называемый импе­ративный мандат, предполагающий обязанность выборных пред­ставителей голосовать строго в соответствии с наказом избирате­лей, их волей. Так, характер императивного мандата имеет кол­легия выборщиков президента США, обязанных отдать свой го­лос за кандидата, победившего в соответствующих штатах. Импе­ративный мандат как бы консервирует волю избирателей, не по­зволяя его носителям участвовать в обсуждении и принятии ком­промиссных вариантов решений.

Важным (вторым) каналом участия граждан в осуществлении власти является плебисцитарная демократия. Различие между ней и прямой демократией проводится не всегда, поскольку обе эти формы участия включают непосредственное волеизъявление на­рода, однако оно существует. Суть его состоит в том, что прямая демократия предполагает участие граждан на всех важнейших стадиях процесса властвования (в подготовке, принятии полити­ческих решений и в контроле за их осуществлением), а при пле­бисцитарной демократии возможности политического влияния граждан сравнительно ограничены. Им предоставляется право посредством голосования одобрить или отвергнуть тот или иной проект закона или другого решения, который обычно готовится президентом, правительством, партией или инициативной груп­пой. Возможности участия основной массы населения в подго­товке таких проектов очень невелики даже в тех случаях, когда непосредственно самим гражданам предоставляется право подго­тавливать и выносить их на рассмотрение законодательных орга­нов или на всенародное голосование.

Плебисцитарные институты нередко используются в целях манипулирования волей граждан, достигаемого, в частности, с помощью двусмысленных формулировок вопросов, выносимых на голосование. Они, особенно референдумы и опросы, до­статочно широко применяются на различных уровнях управ­ления: в общинах, городах, областях, в масштабах всего госу­дарства.

Третьей, ведущей в современных государствах формой поли­тического участия является представительная демократия. Ее суть — в опосредованном участии граждан в принятии решений, в выборе ими в органы власти своих представителей, призванных выражать их интересы, принимать законы и отдавать распоряже­ния. Представительная демократия необходима особенно тогда, когда из-за больших территорий или вследствие других причин затруднено регулярное непосредственное участие граждан в го­лосованиях, а также когда принимаются сложные решения, труд­нодоступные для понимания неспециалистов.

Формы демократического государства. Политическая и социальная демократия

Не только суверенитет народа — ос­новополагающий признак демокра­тии, но и другие ее общие принципы, имеющие более конкретные показа­тели (индикаторы), позволяют выявлять и описывать ее особен­ности. Так, в зависимости от строения и порядка формирования органов, институтов власти (второй признак демократии) демо­кратические государства делятся на парламентские, президент­ские, смешанные (или полупрезидентские) республики, суперпрезидентские республики, парламентские монархии и т.д. (Эти институционные параметры демократии подробно рассмотрены в гл. 14.)

Важные характеристики демократии вытекают из ее третьего признака — равенства прав граждан на участие в управлении госу­дарством. Такое равенство может быть формальным, чисто юри­дическим, и фактическим, предполагающим создание примерно одинаковых социальных возможностей для реализации людьми своих политических прав (материальный достаток, образование, свободное время, доступ к информации и др.).

В зависимости от характера равенства, обеспечиваемого госу­дарством, демократия делится на политическую, предполагающую лишь формальное равенство, равенство прав, и социальную, ос­новывающуюся на равенстве фактических возможностей участия граждан в управлении государством. Термин «социальная демо­кратия» нашел, в частности, свое выражение в названии одного из самых влиятельных политических движений XX в. — социал-демократии.

 

Деспотическая, тоталитарная и конституционная демократии

Важные отличительные качества различных демократических систем позволяет выявить анализ четверто­го общего признака демократии — подчинения меньшинства большинству при принятии и осу­ществлении решений. Такое подчинение может не иметь гра­ниц и распространяться на любые стороны жизнедеятельнос­ти человека. В этом случае имеет место деспотическая демо­кратия. Она представляет собой абсолютную, ничем и никем не ограниченную власть большинства, связанную с преходя­щими настроениями масс и произволом. Если же власть боль­шинства требует полного подчинения личности и стремится к установлению над ней постоянного всеобъемлющего контро­ля, то демократия становится тоталитарной.

Антиподом таких форм правления является конституцион­ная демократия. Она ставит власть большинства в определен­ные рамки, ограничивает ее полномочия и функции с помо­щью конституции и разделения властей и обеспечивает тем самым автономию и свободу меньшинства, в том числе от­дельной личности.

Рассмотренные выше и некоторые другие параметры демо­кратии образуют как бы систему координат, позволяющую выяв­лять ее наиболее существенные черты и различать ее специфи­ческие модели, типы.

§ 2. Древняя и средневековая демократии

Первобытная демократия

Демократические формы организации уходят корнями в глубокое, еще до-государственное прошлое — в родовой строй. Они возникают вместе с появлением самого человека. Некоторые ученые-этно­графы утверждают, что демократия — один из важнейших факто­ров антропогенеза, появления всего рода человеческого, поскольку она стимулировала развитие равноправного общения людей, их самосознания и свободного мышления, индивидуальной ответст­венности и личного достоинства. Как свидетельствуют этногра­фические исследования, недемократические формы организации, основанные на строгой иерархии и подчинении, жестком инди­видуальном закреплении управленческих и исполнительных ро­лей по образу муравейника или пчелиного роя, заводили разви­тие наших предков в тупик.

Через родовые формы демократии прошли все народы. Их типичный пример — организация управления у американских ин­дейцев-ирокезов. Все взрослые мужчины и женщины этого рода обладали равным правом голоса при выборе и смещении своих высших руководителей — старейшины (сахема) и вождя (военно­го предводителя). Высшей властью в роде являлся совет — собра­ние всех его взрослых представителей. Он избирал и смещал сахемов и вождей, решал вопросы войны и мира, принятия в свой род посторонних и др.

Род выступал демократической единицей более сложной орга­низации — союза фратрий — братства нескольких особенно близ­ких друг другу по территории, общению, родственным и иным связям родов, которые при сохранении автономии имели общий совет как высший орган власти. Несколько фратрий составляли племя. Им руководил совет племени, состоявший из сахемов и военных вождей всех родов. Заседания этого совета проходили открыто, при участии в обсуждении любых членов племени, ко­торые, однако, не имели права голосования. Решения на таких советах обычно принимались по принципу единогласия.

У отдельных, а затем и у большинства племен существовали верховные вожди, выбираемые из сахемов или военачальников. Их полномочия были ограничены. Некоторые из племен заклю­чали союзы, руководили которыми советы союза, состоявшие из сахемов и вождей.

Подобные формы демократии существовали у древних гре­ков, германцев и других народов. Всюду родовая демократия ос­новывалась на кровно-родственных связях, общей собственности, низкой плотности и относительной немногочисленности на­селения, примитивном производстве. Она не знала четкого раз­деления управленческого и исполнительского труда, не имела спе­циального аппарата управления и принуждения. Функции власти были ограничены. Основная сфера отношений между людьми ре­гулировалась обычаями и табу. Власть советов и вождей (старей­шин) держалась на моральном авторитете и поддержке сопле­менников. Это была достаточно примитивная, догосударственная демократия, или общинное самоуправление.

С развитием производства и общественного разделения тру­да, ростом населения, появлением частной собственности и уг­лублением социального неравенства первобытная демократия была подорвана и уступила место авторитарным (монархическим, арис­тократическим, олигархическим или тираническим) формам прав­ления. Однако даже в авторитарных государствах на протяжении многих веков, а в отдельных странах и до наших дней сохрани­лись некоторые традиционные демократические формы органи­зации, особенно общинное самоуправление. Традиции первобыт­ной демократии оказали большое влияние на появление демо­кратических государств в Древней Греции и в Риме.

 

Возникновение афинской демократии

Первой, классической формой демо­кратического государства явилась Афинская республика. Она возникла в V в. до н.э. Начало демократическому развитию Афин положили реформы архонта Солона, который в VI в. до н.э. провел глубокие хозяйственные и политические реформы. Они, в частности, пре­дусматривали освобождение плебса от государственных налогов, наделение всех граждан правом выбирать должностных лиц (маги­стратов) и требовать у них отчета. Однако сами государственные правители могли быть лишь из числа тех, кто оплачивал государст­венные налоги и военные расходы, т.е. из богатых граждан.

Хотя во времена Солона демократия в Афинах делала еще первые шаги, идеи выборности и подконтрольности правителей, добровольного согласия подчиняться власти, причем не отдель­ным лицам, а закону, получили массовое распространение и раз­витие. Наиболее полно они были реализованы во времена Пе-рикла в V в. до н.э. Этот период считается золотым веком афин­ской демократии.

Перикл руководил афинским правительством и считался на­родным вождем. Человек незаурядного ума, искусный оратор, тон­кий политик, он был противником тирании, определяемой им как правление одной части общества над всеми. Ей он противопоставлял собственный идеал государственного устройства. «На­зывается этот строй демократическим, — писал Перикл, — пото­му что он зиждется не на меньшинстве граждан, а на большинст­ве их. По отношению к частным интересам законы наши предо­ставляют равноправие для всех»[1]. Осуществленные под его руко­водством реформы предусматривали равномерное распределение власти среди всех свободных граждан (в их число не входили рабы, женщины и некоренные афиняне).

 

Народ и личность

Афинская республика представляла собой преимущественно коллекти­вистскую форму демократии. Объединяющим граждан началом была их общая заинтересованность в сохранении своего приви­легированного положения, основанного на рабовладении, кото­рое считалось совместным, общинным. Государство состояло из однородных в классовом, этническом и религиозном отношени­ях граждан. Между индивидом и обществом обычно не возника­ло острых конфликтов, так как не существовало четкого разделе­ния частной и общественной жизни.

Индивид считал само собой разумеющимся участие в делах общества и государства, между которыми не проводилось разли­чий. Он легко идентифицировал себя с полисом и принимаемы­ми большинством решениями и чувствовал себя свободным в качестве органической частички единого целого. Это, как пишет видный теоретик либерализма Бенжамен Констан, была коллек­тивная свобода, которая «состояла в коллективном, но прямом осуществлении нескольких функций верховной власти, взятой в целом, обсуждении в общественном месте вопросов войны и мира, заключении союзов с чужеземцами, голосовании законов, выне­сении приговоров, проверки расходов и актов магистратов, их обнародовании, а также осуждении или оправдании их действий. Но одновременно со всем этим, что древние называли свободой, они допускали полное подчинение индивида авторитету сообще­ства, как совместимое с коллективной формой свободы <...> Все частные действия находятся под суровым надзором. Личная не­зависимость не простирается ни на мнения, ни на занятия, ни, тем более, на религию»[2].

Беспрекословное подчинение индивида полису не означало, что афинская демократия была свободна от внутренних конфлик­тов. Такие конфликты периодически возникали, в первую очередь внутри правящего класса между знатью, богатыми — с одной стороны, и беднотой — с другой. Во времена Перикла противоречия между ними были сглажены прежде всего за счет общего повышения благосостояния граждан и роста среднего класса.

 

Роль среднего класса

Уже в древности существовало пони­мание того, что именно средний класс является опорой демократии. «Государство, состоящее из сред­них людей, — писал Аристотель, — будет иметь и наилучший государственный строй»[3]. По его мнению, многочисленный сред­ний класс сплачивает общество, предотвращает раскол граждан на противоборствующие партии и тем самым стабилизирует госу­дарство. Власть большинства будет только тогда наилучшей фор­мой правления, когда оно состоит не из бедняков, демоса, а из средних в имущественном отношении, умеренных в нравах и претензиях к государству людей. Эту форму правления Аристотель называл «политией».

С количественными изменениями среднего класса оказался прямо связан как расцвет афинской демократии, так и ее закат. Об этом свидетельствуют следующие факты. В 480 г. до н.э. из 30 тысяч ее граждан 20 тысяч относились к низшему имуществен­ному сословию — фетам. К концу эпохи Перикла (примерно 429 г.) фетов было лишь 20 тысяч на 42 тысячи граждан. Впослед­ствии же, на закате демократии (к 350 г. до н.э.), пролетарии составили большинство — 12 тысяч против 9 тысяч зажиточных граждан[4], что способствовало перерождению демократии во власть черни — охлократию.

 

Участие в управлении

Античная демократия заботилась о создании благоприятных условий для участия граждан в управлении делами государства. За счет ис­пользования труда рабов (большинство семей имели от одного до десяти рабов) граждане обладали для этого достаточным свобод­ным временем. Кроме того, бедные получали поддержку из госу­дарственной казны, а также плату за присутствие на обществен­ных мероприятиях. Тем самым всем обеспечивался необходимый для занятия общественными делами «прожиточный минимум». Общественное мнение также стимулировало политическую ак­тивность народа, оценивая участие в политике как единственное достойное занятие афинского гражданина.

Все эти факты позволяют характеризовать античную модель народовластия как демократию премущественно социальную, т.е. не только провозглашающую равенство политических прав, но и обеспечивающую более или менее равные социальные условия, необходимые для их фактического использования.

 

Деспотия большинства

В афинском полисе господствовала прямая демократия. Главным инсти­тутом власти служило Народное собрание. Именно в нем без ка­ких-либо опосредующих звеньев — партий, парламента или бю­рократии — формировалась общая воля, принимались законы и решения.

Власть Народного собрания ничем не ограничивалась и про­стиралась на любые проявления частной жизни. Абсолютность и всепроникновение власти таили в себе опасность вырождения демократии в тиранию. «Обладание безграничной властью, — писал Д. Актон, — которая разъедает совесть, ожесточает сердце и зату­манивает разум монархов, оказало свое деморализующее влия­ние и на прославленную демократию Афин. Плохо быть притес­няемым меньшинством, но еще хуже — большинством. Ибо в массах таится резерв скрытой силы, которой <...> меньшинство почти не может противостоять <...> Абсолютную волю всего на­рода нельзя обжаловать, от нее не спасешься и не скроешься»[5].

Пока Народное собрание находилось под влиянием таких муд­рых и авторитетных вождей, как Перикл, и противоречия между богатыми и бедными гражданами были сглажены, всевластие боль­шинства сочеталось с терпимостью к различным мнениям, свободе слова и не перерастало в расправу над меньшинством. Однако со сменой авторитетов и ростом имущественного неравенства граж­дан, усилением влияния черни и общим падением нравов Афинская республика приобрела черты охлократии и тирании большинства.

Всевластие демоса превратилось в абсолютное. Законодатель в лице большинства стал выше закона и попытался решениями, принимаемыми плебсом на рыночной площади, управлять воен­ными действиями, присуждая к смертной казни военачальников за проигранные сражения. Частым явлением стали расправы бед­ных над богатыми, гонения на еретиков и инакомыслящих, в том числе виднейших философов и мудрецов. Яркие примеры таких расправ — дело об оскорблении божеств («процесс гермокопидов»), изгнание философа Анаксагора, присуждение к смерти ве­личайшего мыслителя того времени Сократа.

Всевластие большинства над меньшинством позволяет харак­теризовать афинскую демократию как форму правления с силь­ными деспотическими и даже тоталитарными тенденциями. Неэффективность правления, коррупция, произвол в отношении к меньшинствам, исключение из числа граждан некоренных афинян, преследование инакомыслящих — все это вызывало недоверие к демократии и усиливало лагерь политической оппозиции. .Активизация борьбы за власть побудила афинян принять в 410 г. до н.э. специальный закон, предусматривающий смертную казнь и конфискацию имущества лиц, посягающи